Новомученики, исповедники, за Христа пострадавшие в годы гонений на Русскую Православную Церковь в XX в.

(c)ПСТГУ,ПСТБИ (c) Братство во Имя Всемилостивого Спаса
Home page NIKA_ROOT INDEX Публикация Я плакал о всяком печальном. Жизнеописание протоиерея Валентина Амфитеатрова/ Сост. Г.Александрова. М., 2005. Дела okn.252 => okn.252 ПЕРИОДЫ ЖИЗНИ
1
Аресты
    Аресты
    Москва 
    Год ареста 1930 
    Месяц ареста 10 
    В 1930г. ночью в дом Ольги Алексеевны и Андрея Андреевича приехали из НКВД с
    обыском, через три дня забрали все имущество, а еще через день они были арестованы.
    Вот как рассказывает об этих событиях их дочь Нина:
        
    "В это время начались облавы, "раскулачивание". Каждую ночь мы слышали, как
         у нас в Черкизово подъезжали машины НКВД то к одному, то к другому дому.
         Потом эта машина остановилась около нас. Это был 1930 год. Мне было лет
         8–9, и я все хорошо помню. Открыли дверь, и человек 12 молодых парней с
         наганами, очень грубые и неприятные, разошлись по всем комнатам. Всех подняли,
         кто в чем был, сказали, что будет обыск. "А что вы ищете?" — "Мы знаем, что
         ищем", — и весь разговор. Их было много, и смотреть за ними было невозможно.
         Рылись везде. Мама видела, как у одного из пришедших оттопырены карманы и
         оттуда торчат ее дорогие чулки...
         Бабушка Анисья не выдержала всего этого, и с ней случился удар, т.е. инсульт...
         Всю ночь пришедшие описывали все в доме, и через три дня приехали машины
         вывозить наше имущество. Самое ужасное на меня, маленькую девочку, произвело
         следующее. Наши книги стояли в шкафах по писателям: Тургенев, Пушкин — все в
         хороших переплетах. И вот представители властей выгребали книги на пол,
         несли, роняли, книги падали на улице в снег, по ним ходили... Одна, вторая,
         третья машины... Увезли все, остались совершенно голые стены. Я удивляюсь,
         как все это перенесли мама с папой!
         А через день снова приехала машина, и маму с папой увезли на Лубянку.
         Нас, детей, было тогда четверо. Мы остались с бабушкой Анисьей, которой было
         уже за семьдесят. Без копейки, в пустом доме — не было даже стола —
         мы сидели на ящиках. Знакомые и родсственники приходить боялись, так как
         за домом следили.
         Помню, как бабушка каждый день ставила нас на колени перед киотом, где
         были иконы Спасителя, Божией Матери и Николая Угодника, читала вслух акафист
         иконе "Нечаянной Радости", которую она, как и батюшка о.Валентин Амфитеатров,
         особенно почитала, и мы все молились. Ночью соседи тайком приносили нам поесть:
         кто что — хлеба, сала, молока... "